Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Опубликовано: 22.11.2019. Автор: . Львовская область

Смерть як професія. Кореспондент «Західного аргументу» провела кілька годин у львівському морзі
Смерть як професія. Кореспондент «Західного аргументу» провела кілька годин у львівському морзі

Эта часовня, что почти в самом центре города — на улице Пекарской известна едва ли не всем львовянам. Она отличается от остальных подобных сооружений, потому что в ней никогда не крестят детей и не венчают молодоженов. Вообще, каждый, наверное, предпочел бы здесь никогда и не бывать, потому что только от ее названия веет холодом — предпохоронная. Просто из нее, длинными полутемными коридорами можно попасть в то место, в которое не каждый зайдет без причины — областной морг. Мы же, чтобы удовлетворить собственное и ваше любопытство, а заодно и приоткрыть таинственную завесу профессии патологоанатома, решились на это.

Даже вход в один конец имеет свой выход

Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Часовня в центре города, где отпевают умерших.

Помещение львовского морга достаточно просторное и таинственное, ведь существует в стенах Львовского национального медицинского университета им. Данила Галицкого, основанного еще в далеком 1784 году. Поэтому здесь все пронизано не только формалином, которым обрабатывают тела умерших людей, но и историей.

Попасть во Львовское областное патологоанатомическое бюро, которое в народе называют просто — морг, можно не только через часовню. Собственно, этот вход считается служебным. Поэтому им пользуются только работники заведения и родственники умерших непосредственно перед церемонией захоронения — оформляют документы, приносят одежду для покойника, гроб. На самом деле патологоанатомическое бюро — это целостная структура со многими помещениями, в которых специалисты не только проводят вскрытие трупов, но и изучают биоматериалы, которые были удалены во время операций, проводят исследования биопсии. Эта работа, как оказалось, и занимает львиную долю их рабочего времени. Она очень кропотливая и ответственная, поскольку именно от выводов этих врачей, зависит, как бы это ни странно звучало в контексте патологоанатомии, дальнейшее лечение пациента.

Юмор с запахом формалина

Для многих из нас слово «морг» ассоциируется со смертью, холодом, неприятным запахом, а еще — патологоанатомами с отстраненным и равнодушным ко всему взглядом. Не секрет, что представителей этой профессии многие считают чудаками. Однако этот миф сразу развеивается, как только знакомимся с Борисом Рибуном, патологоанатом, выпускником Львовского мединститута. Несмотря на то, что этот человек является одним из основателей Львовского областного патологоанатомического бюро и уже более 20 лет его возглавляет, он очень приветлив и у него отличное чувства юмора.

Ничего удивительного в нашей работе нет — мы такие же врачи, как и все, — говорит Борис Рибун корреспонденту «Западного аргумента». — Да, есть много мифов и анекдотов о работе патологоанатомов, но, замечу, это только мифы. На самом деле, все гораздо серьезнее.

Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Борис Рибун, начальник Львовского областного патологоанатомического бюро.

Львовское патологоанатомическое бюро «обслуживает» почти всю область. Исключением является львовская больница скорой помощи, поскольку там имеют собственное подобного направления заведение. Ежегодно здесь принимают до тысячи взрослых «пациентов» и еще около двухсот детей. Умерших везут сюда обычно из больниц или из дома. И каждый случай — уникален. Хотя, как говорит наш собеседник, здесь «работают» только с «мирными» пациентами. Если речь идет о криминале, то для этого существует областное бюро судебно-медицинской экспертизы.

Место, где жизнь и смерть переплетаются

Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Здесь готовят покойника к выдаче родственникам.

У входа — несколько плачущих женщин в черных платках. Рядом — микроавтобус, из него выгружают гроб. Как это ни прискорбно звучит, но смерть здесь поставлена ​​на конвейер — с здешней часове чуть ли не каждый час хоронят умерших. Также рядом есть магазин со всем необходимым — венки, гробы, кресты …

Первое, что нам показывают — «регистратуру», где хранятся документы на каждого «пациента». Ежегодно папок с ними собирается от пола до самого потолка. Речь идет не только об умерших, но и прооперированных граждан, удаленные органы которых исследуют именно здесь. Несколько столов по периметру комнаты, за каждым сидит лаборант и что-то рассматривает в микроскоп.

Видно, что в кабинетах недавно был ремонт — новая плитка на полу, побелка на стенах, пластиковые двери.

Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Лаборатория, где исследуют органы, удаленные у пациентов во время операций.

Идем дальше, спускаясь по лестнице. Панели, окрашенные еще советской краской, которая местами уже отшелушивается, старый пол… Похоже, это и есть «святая святых» — место, где проводят вскрытие. В нос бьет резкий, сладковато-неприятный запах формалина.

Неужели вы чувствуете? — удивляется наш «экскурсовод», доктор Рибун. — Я уже привык, ничего удивительного.

— А едят врачи тоже здесь? — не сдерживаемся, чтобы не спросить.

Нет, это только в кино могут показывать, как патологоанатом ест, рассматривая внутренности покойника, — шутит Борис Иосифович. — Для наших врачей есть специальная комната, где они могут и перекусить, и отдохнуть, ведь работают круглосуточно.

Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Рядом с трупами патологоанатомы не едят — имеют отдельную комнату для отдыха. Здесь все, как дома.

Амфитеатр смерти и «косметика» для усопших

И вдруг в первой же комнате нас шокирует некий «амфитеатр» — по центру стоит стол, а вокруг в несколько рядов возвышение для зрителей. Эта картина реально напомнила кадр из фильма ужасов — некое место для экзекуций.

Испугались? Это учебная аудитория для студентов, — заметив наше удивление, пояснил Борис Иосифович. — Она существует здесь уже много лет. Сюда приводят студентов медуниверситета, чтобы показать, как проводить вскрытие.

Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Учебная аудитория для студентов.

В следующей комнате стоят уже готовые гроб, венок и каталка.

Здесь готовят покойника к выдаче родственникам, — говорит наш собеседник. — Мы его после вскрытия моем, одеваем и выдаем. Затем готовим протокол, все документы.

— А бывает, что родственники просят сделать еще и «макияж»? Ну, чтобы красиво было …

Да, конечно, но мы этим не занимаемся. Это делает частная фирма, их сюда приглашают и они приезжают со своей «косметикой».

Черепа, волосы и водичка с мертвеца

Далее нас ведут в комнату, где проводят вскрытие. Металлический стол на фигурной ножке, который пожелтел от времени и влаги. Такое впечатление, что он здесь сохранился еще со времен «бабушки Австрии». На другом — лежит покойник, накрытый одеялом. По периметру — старые шкафы с пробирками и колбами. Далее двери — за ними, говорят, «холодильник» на шесть мест. Туда вход строго запрещен. Здесь, действительно, ощущается неприятный запах, но через некоторое время привыкаем.

Вскрытие проводят «от и до». Чтобы попасть внутрь человека, патологоанатом обычной пилой распиливает грудную клетку, специальным ножом — ребра, вынимает весь органокомплекс (от языка к прямой кишки), отрезает с каждого органа по образцу, передает на исследования и зашивает все обратно в теле покойника.

Смерть как профессия. Корреспондент «Западного аргумента» провела несколько часов во львовском морге

Инструменты патологоанатома, которыми проводят вскрытие тела — пила, ножи, скальпель.

— А что с ним потом делаете?

Ему уже все равно, это лишь органы. Те, которые вырезаны во время операций, кремируют. А так обычно органы хоронят вместе с покойником, — объясняет доктор.

— Вам не снятся ваши «пациенты»? — не отстаем.

Нет, конечно! Ведь мы такие же врачи, как и все, — говорит Борис Рибун. — Мы не воспринимаем тело как живого человека. Для нас это лишь биоматериал.

— Тепер давайте относительно «мифов». Скажите, обращались к вам, например, знахари или сатанисты, чтобы выпросить череп покойника или воду, которой обмывали умершего, или, возможно, волосы для парика?

Нет, слава Богу, черепов и волос никто не просил (смеется). Но мы бы и не дали, как бы мы отдали родственникам покойного без головы или без волос? Конечно, иногда просят подстричь умершего, чтобы эстетически выглядел, но это уже другое…  А  относительно водички из мертвеца — бывали такие случаи, правда, давно, еще в 80-х годах. Теперь народ более осведомлен и цивилизованный, в такую ​​ерунду не верит.

Воскрешение только в Библии

Однако, по словам Бориса Рибуна, часто патологоанатомам при вскрытии случаются необычные «экземпляры» — то патологии при развитии плода, то последствия того или иного заболевания. Их они отдают исключительно в медуниверситет — на кафедру патологической анатомии для изучения студентами.

— А бывало, что покойники «воскресали»?

Не смешите! Такое тоже случается только в кино! К нам «пациенты» попадают, уже когда врач констатировал их смерть. Вообще, если бы не наша профессия, то иногда задумываюсь — чем бы жил кинематограф и о чем бы составляли анекдоты (смеется)!

Если вы стали свидетелем какого-то интересного события, имеете новость и хотите, чтобы о ней узнало как можно больше людей - сообщайте на редакционный номер телефона «Западного аргумента» или в Viber: 067-100-13-15.

Подписывайтесь и читайте наши новости в Telegram.

Читайте также:
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Выбор читателей

    Опрос

    Чи готові ви вакцинуватися від COVID-19?

    Переглянути результати

    Загрузка ... Загрузка ...